October 13th, 2013

Максим Калашников: России уже не существует

«Десятилетия сокращения численности населения и социальных проблем уничтожили некогда могущественное российское государство, превратившееся в собственную тень. На внутренней арене страна сталкивается с масштабными социальными сдвигами. Славяне, число которых уменьшается, а национализм усиливается, ведут «холодную войну» с растущим и радикализирующимся мусульманским населением. В республиках, большинство населения которых составляют мусульмане, набирают силу сепаратистские настроения»...

Это вам вовсе не пророчество очередного «нострадамуса», а прогноз реального политолога из-за океана. Вице-президент Американского совета по внешней политике Илан Берман выпустил в свет исследование с интригующим названием «Внутренний взрыв. Конец России – что он означает для Америки».

Если судить по названию, то адресат у этой книги находится вовсе не в России. Это понимание важно как при чтении самой работы, так и при ознакомлении с интервью, которое автор дал Русской службе радиостанции «Голос Америки». Это даже не «добрые советы» дедушки Збигнева, это что ли некое подобие аналитической записки для заморского Белого Дома — мол, как встраивать стратегию жизни и развития «исключительной нации» в условиях «новой России», и с чем, собственно, США предстоит иметь дело к 2040-му году.

Впрочем, сам Берман в своем рассказе о книге определенно рекламирует ее и для российского подготовленного читателя. Так, в своем радиоинтервью он рассказал о своем исследовании трех главных трендов, которые и должны по его прогнозу довести Россию до ручки. К слову, для тех, кто живет в России тут ничего неожиданного. Мы же прекрасно знаем о проблемах демографии, миграции и вымирающего Дальнего Востока. Этим же «трендам» в своей книге уделил внимание и американский политолог — не рефлексируя, просто сухо излагая факты. «Проблема в том, что все эти три процесса происходят одновременно. Каждый из них сам по себе — очень опасен для будущего России, хотя и не несет смертельной угрозы. Однако то, что все эти процессы происходят одновременно, позволяет сделать печальные выводы о будущем, с которым может столкнуться Россия», — говорит он в интервью «Голосу Америки».

Автор не сомневается, что его прогнозы сбудутся с максимальной точностью. Залогом тому — нынешнее российское правительство, которое, во-первых, не репрезентативно, а, во-вторых,, явно недооценивает перспективы имеющихся проблем. «В результате оно не просто неадекватно реагирует на эти угрозы – в некоторых случаях оно даже не подозревает об их существовании», — отмечает господин Берман. То есть американской администрации можно сильно и не напрягаться: механизм запущен, «бикфордов шнур» зажжен, «Большой взрыв» неминуем настолько, что можно даже вынести его в название книги, не боясь прослыть чудаком.

Тем более, что то, чего не сможет сделать со страной ее глупая власть, сделают «добрые» «партнеры». Например, Китай, который весьма нуждается в свободных территориях, а они по ту сторону китайско-российской границы именно что свободны. Нынешняя граница была окончательно утверждена лишь в 2001-м году, но в 2021-м оно будет пересматриваться согласно заключенному договору. И, вероятно, границы будут пересмотрены не в пользу России под нажимом таких аргументов, которым Москва уже не в силах будет что-либо противопоставить. «В результате колоссальный и богатейший регион, способный обеспечить будущее России, все более страдает от отсутствия рабочей силы. Рабочую силу все чаще предоставляет Китай», — заключил эксперт.

Прогноз насчет Китая может и не сбыться... если его опередят арабы. «Россия сталкивается с внутренней и внешней проблемой джихадизма. Эта угроза исходит извне, потому что многие иностранные организации этого толка – подобные «Аль Кайде» и Хизб-ут-Тахрир – представлены в пределах России», — напомнил американский политолог.

Об этом, конечно, много уже сказано и пересказано и нашими экспертами, но до сих пор предупреждения об исламской угрозе Кремлем воспринимались, судя по всему, как экзотические. Нет никаких гарантий, что и этот очередной «звоночек» будет благополучно пропущен. Нам ведь традиционно плевать на прогнозы «янки», мы их просто не замечаем. Мы возрождаем империю.

Под хохот англосаксонских элит.

Прогноз американского политолога в беседе с обозревателем KM.RU прокомментировал известный публицист, секретарь Центрального совета партии «Родина: здравый смысл» Максим Калашников:

— В принципе это прогноз никакой не заокеанский, а наш. То, о чем говорит этот американский чиновник, уже очень давно говорят и у нас. По сути же он не сказал ничего ничего нового и неожиданного. Дело в том, что России уже нет, она распалась в 1991 году. Советский Союз и был Россией. Сейчас же существует угасающая и приходящая в упадок Российская Федерация. И демографически и инфраструктурно мы идем к концу. Надо прислушиваться к самим себе и делать выводы.

И сама власть порой проговаривается, показывает, что понимание реальной ситуации у нее есть. Нам говорят о росте рождаемости, но что-то я не вижу по трое детей в каждой русской семье. Между тем, демографами подсчитано, что для того чтобы поправить ситуацию с нынешним демографическим провалом, нужно чтобы на каждую женщину приходилось бы в целом не меньше 2,65 ребенка, да и то, положительный эффект тут можно будет наблюдать лишь через 20 с лишним лет. Между тем, даже по официальным данным уровень рождаемости составляет 1,7 или 1,8 ребенка на женщину, причем это включая нерусское население, мигрантов...

— То есть все заботы о, например, строительстве Евразийского союза заведомо напрасны?

— А разве мы строим Евразийский союз? Где вы это видели? Пока что лично я вижу, что с Белоруссией мы так и не смогли наладить полноценную интеграцию, Украину на данном этапе и вовсе потеряли. О каком союзе речь-то идет? О том, который «создается» имитацией бурной деятельности? Как минимум, необходимо объединение трех союзных республик — Российской Федерации, Украины и Белоруссии, далее на очереди Казахстан. А то, что мы видим сейчас — лишь попытка создать нечто аморфное, причем со среднеазиатскими республиками. Но все это не убережет Россию от демографического краха...

Виктор Мартынюк, источник: km.ru

Американские эксперты подробно расписали сценарий разрушения РФ

Американские эксперты подробно расписали сценарий разрушения нашей страны. Через 30 лет Россия будет вынуждена отдать Китаю Дальний Восток и Сибирь, в попытке восстановить статус на международной арене руководство государство начнет войну с Украиной, а на нашей территории будет идти противостояние с многочисленными радикальными исламистами. Такой прогноз содержится в вышедшей книге вице-президента Американского совета по внешней политике (AFPC) Илана Бермана «Внутренний взрыв. Конец России – что он означает для Америки».

Эксперт созданной еще при Рональде Рейгане организации выделяет три основные проблемы России: плохую демографическую ситуацию, сокращение населения Дальнего Востока, рост числа мусульман. Совсем скоро Китай может предъявить России территориальные претензии (в книге подчеркивается, что нынешний договор о границе между РФ и КНР имеет срок действия до 2021 года), а ответить будет нечем. Чтобы сохранить лицо, российское руководство будет вынуждено аннексировать территорию Белоруссии и начать войну с Украиной. Политика привлечения порой плохо знающих язык многочисленных мигрантов может обернуться постоянной «холодной войной» с мусульманами и потерей русской культурной идентичности. Усугубление социальных проблем вызовет широкое народное недовольство, что заставит власть перейти к масштабным репрессиям.

Как сказал автор в одном из своих интервью, нынешнее российское руководство ничего не делает, чтобы изменить наметившиеся тенденции, не думает о долгосрочной перспективе, а обеспокоено только выживанием в ближайшее время. С Иланом Берманом, консультирующим ЦРУ, Пентагон и Конгресс США, сложно не согласиться. По крайней мере, в части оценки современного положения. Сложно назвать дальновидной политику российского руководства в области привлечения мигрантов, да и внешнюю политику с демографической вряд ли стоит оценивать как очень дальновидные. Но до 2040 года в мире может измениться очень многое. К примеру, в 1900 году вряд ли кто мог предсказать, как будет выглядеть карта Европы в 1920-м, как в 1920-м никому и не снился континент образца 1940-го. Илан Берман же исходит из того, что три десятилетия мир будет развиваться точно так же, как и сегодня. Как считает директор Центра геополитических исследований Валерий Коровин, американская книга ставит своей целью не столько спрогнозировать будущее, сколько сформировать его:

– Прогноз вице-президента AFPC полностью укладывается в постпозитивистский подход американцев. Предыдущие десятилетия, после конференции в Ялте, внешняя политика строилась в рамках позитивистских школ, главными направлениями которых были реализм и либерализм. Со входом в общий обиход постмодернистских течений, более широкое распространение получил постпозитивизм. Это когда идея или модель развития ситуации находится в приоритете перед событиями, имеющими место быть в реальности. Реализм основывается на объективных данных. Постпозитивизм во главу угла ставит идею, потом уже появляется проект переустройства, а затем реальность подгоняется под проект.Поэтому книгу Илана Бермана я бы не назвал обычным пропагандистским приемом. Речь идет о новейшем подходе к формированию реальности. Увы, этот подход недооценен российской элитой, нашим МИД, который, по сути, еще сталинский.Сам прогноз Бермана сделан на основе того, что Россия должна прекратить свое существование как геополитический субъект. На основе этого базисного тезиса уже разрабатываются сценарии, каким образом это должно быть достигнуто. Конечно, сценарии не взяты с потолка, а строятся на реально существующих предпосылках. Вначале выходит доклад, потом он становится достоянием политологических структур по всему миру, которые его детализируют с учетом специфики регионов. На следующем уровне детализированные модели должны подхватить СМИ как данность, чтобы приучить общественность, в том числе, политические элиты, к тому, что эти сценарии неминуемы. В итоге, разработанные модели ложатся в основу принятия государственных решений. Мы видим совершенно другую последовательность действий, нежели в концепции реализма.

«СП»: – Много ли примеров в новейшей истории удачного и неудачного применения постпозитивистских методов внешней политики?

– Постпозитивистские модели работают в тех средах, которые в значительной степени погружены в постмодерн: где сформировано сетевое общество атомизированных граждан. К примеру, несмотря на большие финансовые вливания, американцы не достигли успеха в Иране или Белоруссии. Потому что там общества модерна, там нет среды, в которой бы прижились постмодернистские подходы. Иран вообще осуществляет консервативное революционное движение в сторону, обратную той, куда движется Запад. Зато постпозитивизм хорошо работает в странах археомодерна, то есть там, где общество наполовину архаизировано, а наполовину интегрировано в глобальный контекст. Как раз Россия – такая страна. Она заражена вирусом западного культурно-цивилизационного развития, но и назвать ее в достаточной мере западной страной нельзя. У нас есть мегаполисная культура, есть традиционное общество, есть много народов с традиционным укладом. Россия – не страна «первого мира», это такая полупериферия. Поэтому сценарии, написанные в Америке, хорошо у нас работают. Ими можно увлечь элиты, ориентированные на западный проект. Дальше они будут транслировать эти модели через либеральные СМИ общественному мнению. И под давлением политологического сообщества государственные деятели будут принимать решения в соответствии с этими сценариями. Таким образом, выглядящие как сказка ужасные сценарии, будут реализовываться руками наших правителей.

«СП»: – В истории всегда идея была первична по отношению к действию. Так строится политика США, Европы, так строилась в Российской Империи и Советском Союзе.

– Россия сегодня не имеет проекта. Мало того, она глобального проекта даже не может иметь, так как он вырастает из идеи. У нашей страны сегодня вообще нет ответа на вопрос, зачем нам вообще государство. Владимир Путин уже вернулся к идее ценности государства. Но пока никто не знает, в чем эта ценность. И пока мы не можем себе ответить на вопрос, какое государство мы хотим построить, мы находимся в уязвимом положении. А у глобального Запада идея есть. Это постмодернистский проект построения глобальной сетевой системы контроля на основе принципов прав человека, индивидуума как меры всех вещей, полного низведения всего к материальному. Это так называемый «чувственный цикл», как его описывал Питирим Сорокин, когда главная предпосылка действия – чувственное восприятие мира человеком, находящегося в состоянии телесного блаженства и духовного вырождения. Это состояние на Западе называется прогрессом и большим достижением. У Запада есть эсхатологический проект. Еще больше двух десятилетий назад Френсис Фукуяма писал о «конце истории». У России такого большого проекта нет. Фактически, мы встроены в западный проект. При этом мы упираемся, когда нас более активно затягивают в него. Для Запада это совершенно необъяснимо, и он правильно ставит вопрос ребром: «Если вы придерживаетесь нашего цивилизационного проекта и мечтаете в него войти, то почему держитесь за такой архаизм, как государственный суверенитет?» По идее, мы должны передать государственные функции наднациональным структурам, должны ставить человечество выше интересов собственного архаичного народа. Но мы упираемся, хотя своего эсхатологического проекта не имеем.Запад старается поэтому предложить нашим политическим элитам варианты комфортного выхода из этого состояния самого большого суверенного государства. Они деликатно намекают: «Это ноша не по вам, не по статусу – размер, вы претендуете на то, что вам не нужно». К сожалению, некоторые наши руководители соглашаются с этими доводами и время от времени выдают всяческие либеральные манифесты, вроде недавней статьи Медведева в газете «Ведомости». Элиты срываются и начинают кричать, что нам надо полностью встроиться в глобальный Запад. И Запад подбирает варианты для нашей элиты, как, сохраняя лицо, сделать укол эвтаназии государственному суверенитету.

– Прогнозы, подобные тому, что сделал Бергман, даются американскими аналитиками уже многими десятилетиями, – говорит доктор политических наук Андрей Савельев. – Вообще, политическая футурология там очень развита как жанр публицистики. Планы американского истеблишмента выдаются за прогнозы. Это выдача желаемого за действительное. Конечно, прогнозы небеспочвенны. Государство теряет людей, мы живем во время демографической катастрофы, а власть заменяет государствообразующий народ потоками инородного населения, которое не знает ни языка, ни культуры. Да, это причина колоссальной дестабилизации. И есть много тех, кто хочет присвоить наши природные богатства. Но имеют право на существование и другие прогнозы. Если представить, что власть сменится, то становится понятно, что мы можем развиваться по-иному. До 2040 года многое может измениться и в других странах, которые фигурируют в книге. И Китай – не беспроблемная территория, и в США могут быть проблемы, и в Европе сейчас кризис. Поэтому очень трудно предсказать, кто будет через много лет впереди. Подлинно национальное правительство может вывести Россию из кризиса быстрее других стран. Если удастся изничтожить нынешнюю олигархию, то никому в голову не придет делать прогноз о присвоении Сибири другими государствами. Историю делают люди.

«СП»: – У нас есть предпосылки для внутренних перемен? Описанные в книги тенденции имеют место быть, а народ в своем большинстве доволен нынешней ситуацией.

– Все социологические исследования показывают, что люди всем недовольны. В обществе созрела потребность смены власти, смены парадигмы управления. Это и должно быть основой прогноза. Если американцы это не учитывают, то их прогнозы ничего не стоят. Обычно, в своих книгах они не открывают ничего нового, нам всё известно в сто раз лучше. Мы видим, что правящая группировка не знает, как свести концы с концами. Кончились деньги, бюджет не сводится. Уже встает вопрос: либо олигархия, либо – экономика вообще. Или полный крах России еще задолго до 2040 года, или – уничтожение олигархии. Но точно ситуация не останется такой, как сегодня. Ни в России, ни в Америке.

«СП»: – В Америке и Европе ситуация меняется в соответствии с давно выработанной программой развития.

– Правящая в России группировка, необразованная, не понимающая, что такое большой стиль и большой проект, смотрят в будущее только на период своего физического существования. Поэтому от них ничего ждать не приходится. Но в русской литературе, в русской философии большой проект есть. Он продолжает предыдущий, просто на современном этапе. Россия вообще может оказаться спасителем европейской цивилизации, если большой проект будет в руках правящей элиты. Конечно, не нынешней, а будущей.

«СП»: – Если не секрет, что это за готовый русский проект?

– Всё давно сформулировано. Возьмите «Новое средневековье» Николая Бердяева – вот уже готовый проект. Есть целый ряд современных сочинений. Я лично написал «Манифест возрождения России». Вышел толстенный том «Русская доктрина». Всё прописано до мельчайших деталей. Нет только политической силы, которая бы всё это воплотила.

Андрей Иванов, источник: svpressa.ru

Как вы относитесь к введению в России продуктовых карточек?

Нас, граждан России, можно поздравить. В 2015 году в ряде регионов, пока в пилотном режиме, а затем по всей стране вновь введут продуктовые карточки. Об этом заявил не кто-нибудь, а министр сельского хозяйства Николай Федоров.

На память сразу приходят неприятные воспоминания. 1990 год, полное отсутствие продуктов по госценам даже в Москве. Вводятся талоны на водку, сигареты и одежду с обувью. И это еще в столице. На периферии по карточкам выдается и еда. Но ни ее, ни тех же сигарет на всех не хватает. Очереди перерастают в митинги и перекрытия улиц. Хотя лично мне по талону от ставшего после выборов марта 1991 года «демократическим» Кировского райсовета города Москвы по сходной цене досталась польская тройка, в которой я защитил кандидатскую. А соответствующий внешний вид на диссертационном совете просто обязателен.

Но ладно с талонами начала 1990-х. Они просуществовали недолго. А если вспомнить настоящие продуктовые карточки 1940-х? Вообще-то в XX веке Россия с ними надолго и не расставалась. На черный хлеб в конце 1916-го их вводило еще царское правительство. Впрочем, Февральскую революцию это не остановило.

Но карточки времен Великой Отечественной многие наши сограждане хорошо помнят. Благодаря им они и выжили. Хотя в блокадном Ленинграде 125 граммов якобы хлеба хватило далеко не всем. Моя тетя, как и остальные 600 тысяч блокадников, умерла от голода.

Но в остальной части СССР было немного легче. Мой отец, Смирнов Сергей Михайлович, генерал-лейтенант ВДВ в отставке, в годы войны учился в сельхозтехникуме в Бежецке (сейчас это Тверская область). По его словам, им, студентам, давали карточки на бесплатное получение в день 500 граммов хлеба. И больше ничего. Пока с другом стояли в очереди — первую пайку тут же съедали. Правда, в техникуме за 1 рубль можно было купить обед из пустых щей и картошки, которую студенты сами же и выращивали.

Зато коммерческие цены были таковы: буханка хлеба (почти 1 кг) — 400 рублей, пол-литра водки — 500. Именно последнюю сумму отец получал, когда стал работать агрономом. Опять же продолжала выручать бесплатная хлебная карточка. Здесь, правда, надо добавить, что во время войны наполнение карточек было разным. Это зависело от социального статуса (рабочий, служащий, иждивенец) и от места проживания. Покойная мама рассказывала, что на освобожденной Украине по хлебным карточкам можно было получить также муку, крупу и даже американский яичный порошок. Но центр России не баловали.

Вот такие страшные ассоциации могут возникнуть у ветеранов и их потомков при словах «продуктовая карточка».

Но то была война. А сейчас что случилось, чтобы министр сельского хозяйства предложил старые, испытанные инструменты борьбы с голодом? Недавно Федоров заявил, что из-за дождей площадь сева озимых может сократиться на 19%. Картофель, второй хлеб, опять же из-за хлябей небесных не желает собираться. И поэтому готов подорожать к новому году процентов на 200. А в 2010-м была, как известно, засуха. Куда деваться. Климат. Так что, нас ждет голод?

Не совсем так. Рост цен на продукты, конечно, будет. Но терпимый. А вот аграриев после вступления России в ВТО надо поддержать. И тут в Минсельхозе обратили внимание на чудный американский опыт — федеральную программу льготной покупки продуктов (Supplemental Nutrition Assistance Program — SNAP).

Ее суть заключается в том, что всем американским гражданам, живущим ниже черты бедности (46,5 млн человек, или 15% от всего населения), ежемесячно выделяются продуктовые карточки на среднюю сумму в $134,2. По-нашему это около 4300 рублей в месяц. Немало, учитывая довольно низкие цены на продукты в США.

И выгода тройная. Американские бедняки (а это люди, получающие в месяц не более $1 тыс.) не мрут от голода, правительство уверено в том, что выделенные деньги не идут на наркотики и алкоголь, а местные аграрии (а также иностранные из стран — членов ВТО) получают дополнительно и регулярно существенные суммы. Ежегодно американские власти тратят на эту программу около $75 млрд. Правда, в этом году республиканцы в конгрессе хотят сократить отчисления на продуктовые карточки на $40 млрд. Однако аграрное лобби в США одно из самых мощных.

Вот именно этот опыт и хотел бы использовать в России Николай Федоров.

Но тут есть масса «против». И тяжелый исторический опыт — не самое главное. Основной вопрос — финансовый. Ниже черты бедности в России живут 17,7 млн человек (13%). Они получают в месяц в среднем не более 6827 рублей. Если их поддержать продуктами по-американски, то придется изыскать более 2 трлн рублей, а это почти 10% расходной части федерального бюджета. А его-то как раз уже сократили на 5%.

И хотя программу «социального питания» предлагается вводить в 2015 году, да еще, по словам Федорова, без финансирования, вряд ли в обозримом будущем на нее найдут хоть какие-то деньги. А так было бы неплохо. Получил на работе менее 7 тыс. рублей — просим пройти в спецмагазин за бесплатными продуктами на 4300.

P.S.

Я попросил жену подсчитать, сможет ли она прокормиться на 134 американских доллара (около 4300 рублей) в месяц, если бы ей, как в США выдали продуктовые талоны. За основу была взята одна из экономических торговых сетей.

Цена вопроса на месяц

Вермишель до 15 руб за 500 гр х 1 кг - 30 руб

Картошка 1 кг около 20 руб - 3 кг – 60 руб

Майонез 20 руб X 4 штуки – 80 руб

Кетчуп около 30 руб за 250 гр – 30 руб

Грибы шамп 1 кг – около 170руб

Сливочное масло 200 гр – около 70 руб

Чудо-творожок (около 17 рублей) x 30 – 510 руб

Яйца (около 140 рублей) – 30 штук

Молоко (50 рублей за 1 литр) – 3 литра -150 руб

Хлеб нарезанный (около 30 руб за буханку) – 3 штуки – 90 руб. Остатки можно зажарить с молоком и яйцом.

Подсолнечное масло 1 литр – до 100 рублей

Плавленный сыр 400 грамм – 80 рублей

230 руб за 1 кг твёрдый сыр х 2 кг – 460 труб

Окорочка около 200 рублей за кг – 2 кг – 400 руб

Кусок постной говядины для борща – 300 руб

Рис 1 кг – до 40 руб

Сахар-песок 1 кг – до 45 руб

Гречка 1 кг ( до 35 руб)

Чай в пакетиках (100 штук) – до 200 рублей

Кофе растворимый (350 руб за 200 грамм)

Фарш (до 200руб за кг) – 2 кг – 400 руб

Шоколадки 30 штук – 10-12 руб за штуку – 360 руб

Печенье 35 руб x 2 упаковки – 70 руб

Яблоки сезонные – около 30 руб за кг X 2 кг – 60 руб

ИТОГО: 4 230 рублей

Вывод один: даже у нас на такие деньги прожить можно. Вот только вряд ли их дадут.

Источник: maxpark.com

Немецкие демографы: Россия — исчезающая держава

Берлинский институт народонаселения и развития опубликовал масштабный анализ демографических процессов в России и других странах бывшего СССР. Доклад, изданный и на русском языке, называется «Исчезающая мировая держава». В названии, собственно, содержится и главный вывод исследования.

Тот факт, что постсоветскими демографическими проблемами занялся именно немецкий институт, один из авторов исследования, профессор Райнер Клингхольц (Reiner Klingholz) объяснил, в частности, большой взаимозависимостью Европы и Германии, с одной стороны, и России и другими республиками бывшего СССР — с другой.

«Мы сильно зависим от поставок, в первую очередь, сырьевых ресурсов, — заметил профессор, — а для немецкого экспорта постсоветское пространство представляет собой интересный рынок сбыта». Кроме того, немцам небезразлично, что происходит на огромной территории, непосредственно соседствующей с Евросоюзом и НАТО.

Примечательно, что объектом исследования и сравнительного анализа стали не отдельные республики бывшего Советского Союза, а все постсоветское пространство целиком, включая страны Балтии и Средней Азии. По мнению ученых, бывшие союзные республики, хотя и стали независимыми государствами, но по-прежнему представляют собой взаимодействующую систему, во многом определяющую образ жизни на всем постсоветском пространстве.

Профессор Клингхольц указал, что демографические проблемы всех постсоветских европейских республик, в том числе трех стран Балтии, очень схожи с теми, которые стоят и перед Германией. Все эти страны пережили после Второй мировой войны «бэби-бум». В 1970-е годы он сошел на нет, поколение «бэби-бумеров» вышло на пенсию, а следующее за ним было куда менее многочисленно. В бывшем СССР ситуацию усугубил резкий спад рождаемости в переломные 90-е годы, который начинает только теперь давать знать о себе малым числом потенциальных родителей.

Такая разная демография

В 1960 году Россия (без учета других республик СССР) занимала четвертое место в мире по численности населения. В прошлом году она опустилась на девятое место, уступив Бразилии, Пакистану, Бангладеш и Нигерии. В результате стремительного демографического спада Россия может потерять к середине века еще 25 млн человек и таким образом перестанет входить в десятку самых народонаселенных стран мира. Ее опередят Эфиопия, Филиппины, Египет и Мексика.

При этом, однако, демографические процессы и на постсоветском пространстве и в самой России проходят весьма неоднородно. Ученые сравнили ситуацию в 141 регионе на территории бывшего СССР и выделили пять типовых кластеров. При этом в четырех из них численность населения будет и далее сокращаться, но по разным причинам и в разной степени, и только в одном — расти.

К этому пятому кластеру ученые отнесли большинство республик Центральной Азии, а также российские Чечню, Туву и Алтайский край. Уровень рождаемости здесь сопоставим с показателями Северной Африки, женщины рожают в среднем 2,78 ребенка, что больше, чем необходимо для стабильного воспроизводства населения даже с учетом массового оттока жителей на заработки в другие регионы бывшего СССР. В эту же группу входят российская Тюменская область и юг Казахстана, которые благодаря добыче нефти стали — и останутся — магнитом для мигрантов.

Редеющие кластеры

Несмотря на низкую рождаемость, удается более или менее сохранять с помощью миграции и численность первого из пяти кластеров. В эту группу ученые занесли Москву, Киев, Минск, Санкт-Петербург и Севастополь, Екатеринбург и Нижний Новгород, Новосибирск, Краснодарский край и Татарстан, Белгородскую область, которая отличается особенно активной миграционной политикой. Согласно прогнозу исследователей, снижение численности населения — благодаря его притоку извне — в этой группе территорий в ближайшие 20 лет будет минимальным, а кое-где может наблюдаться даже небольшой прирост.

Небольшие людские потери понесут и регионы второго кластера, но по совершенно другим причинам. На Северном и Южном Кавказе, в западных областях Украины и Беларуси чуть выше рождаемость и высокая продолжительность жизни — в среднем 72,2 года. «Наряду с благоприятными климатическими условиями, — говорится в исследовании, — высокая продолжительность жизни объясняется большим значением религии в повседневной жизни и этническим составом населения. Предотвратимые случаи смерти, обусловленные злоупотреблением алкоголем, здесь встречаются существенно реже».

К этой же группе ученые отнесли Латвию, Литву и Эстонию. Но в отличие от стран Балтии регионы второй группы авторы исследования не считают перспективными на постсоветском пространстве.

Третий кластер — это регионы, в которых население сокращается из-за низкой рождаемости и старения общества. Это обширные регионы Беларуси и Украины, Центральная и Северо-Западная Россия, Красноярский край. Там около пятой части населения старше 60 лет, а в Черниговской области на Украине таковых и вовсе четверть населения.

По пока еще имеющейся численности населения эта группа на постсоветском пространстве преобладающая. Но к 2030 году ситуация, скорее всего, изменится. Сокращение населения в третьем кластере ожидается в двузначном процентном выражении.

Обезлюдевшие территории

Четвертая группа регионов также будет становиться все более безлюдной, но по другим причинам. Люди бегут с Крайнего Севера, с Дальнего Востока, из северного Казахстана и Молдавии. Чукотский автономный округ со времени последней советской переписи населения в 1989 году потерял более трети своих жителей, Магаданская область — более половины. На Сахалине, на Камчатке и в Мурманской области миграционные потери составляют почти треть всех жителей. Плюс крайне низкая продолжительность жизни.

Что касается отдельно России, то авторы исследования указывают на сокращение численности ее населения с 1993 до 2010 года со 149 до 142 млн. И это при массовой репатриации этнических русских в Россию из бывших советских республик после распада СССР. Без учета этого обстоятельства сокращение численности российского населения было бы, по оценке экспертов, почти вдвое большим, на 11,5 млн человек. Этот резервный потенциал, однако, практически исчерпан. Все, кто хотели, уже перебрались в Россию.

Автор: Никита Жолквер, Берлин, Редактор: Геннадий Темненков